Русская живопись XVII в.

Живопись не поддавалась так легко, как архитектура, светским воздействиям, но стремление к декоративности наблюдается и здесь. С одной стороны, здесь заметно стремление вырваться из-под власти устаревших традиций, канона, жажда знаний, поиски новых нравственных норм, сюжетов и образов, а с другой — упорные попытки превратить традиционное в догму, любой ценой сохранить старое неприкосновенным. Поэтому иконопись в XVII в. представлена несколькими основными направлениями и школами.

В первой половине столетия основной спор в иконописи шел между двумя школами — годуновской и строгановской. Годунов- ская школа тяготела к традициям прошлого. Но их попытки следовать древнему канону, ориентация на Андрея Рублева и Дионисия приводили лишь к повествовательности Русская живопись XVII в., перегруженности композиции. Строгановская школа (названа так потому, что множество произведений этого стиля выполнено по заказу Строгановых в мастерских Сольвычегодска) возникла в Москве, в среде государственных и патриарших мастеров. Характерными особенностями икон строгановской школы являются прежде всего их небольшие размеры и детальное, точное письмо, которое современники называли «мелочное письмо». Основные стилевые черты строгановской художественной манеры — изысканный рисунок, богатство красок, сложная многофигурная и многоплановая композиция. Одна из особенностей школы — правдивое изображение природы, причем композиции всегда включают пейзаж с низким горизонтом, а фон заполнен причудливыми облаками и «явлениями». Фигуры святых обычно тонкие, изящные и очень вытянутые вверх. Выдающимся мастером этого направления Русская живопись XVII в. был Прокопий Чирин, иконам которого свойственны особая мягкость колорита, пластичность вытянутых фигур и изящество поз, например «Никита-воин», «Избранные святые»; в образе Ники- ты-воина не найти ни значительности, ни воинственности, скорее, его можно сравнить со светским щеголем.

Дальнейшее развитие живописи XVII в. характеризовалось медленным отходом от догм и поиском новых сюжетов и форм, что в немалой степени объясняется влиянием западноевропейской живописи. Теоретиком и главой самой крупной школы этого периода был Симон Ушаков, автор программного труда «Слово к люботщателям иконного писания», где он изложил новую теорию, порывающую со старым каноном. Он указывал на необходимость соединения иконописного канона с Русская живопись XVII в. правдой жизни, поэтому в его иконах появляются элементы реализма, реальные человеческие лица. Это позволяет считать его одним из основоположников портретного жанра в русском искусстве. Среди работ Симона Ушакова — Спас Нерукотворный, излюбленный образ мастера, в котором он пытается добиться телесного цвета лица и сдержанной, но отчетливо выраженной объемности. Но в этой и других работах художника чувствуется отсутствие духовного накала, одухотворенности, горения, характерных для икон XIV-XV вв. Поэтому в иконописи XVII в. проявляются черты упадка. В культуре стали слишком сильны тенденции ее обмирщения. Следование иконописным канонам, которого требовали старообрядцы во главе с протопопом Аввакумом, не могло исправить ситуацию.



Парсуна (от Русская живопись XVII в. слова «персона», т.е. портрет реального лица) — первый светский портретный жанр стал совершенно новым явлением в русской живописи второй половины XVII в. Всего за несколько лет новый жанр прошел огромный путь — от полуиконных изображений до портретов реальных лиц — и завоевал прочное место в русском искусстве. Все именитые люди старались запечатлеть свой образ. Художники стремились передать в парсунах портретное сходство и отчасти характер персонажа. В парсунах

XVII в. уже присутствуют черты знаменитого русского портрета будущего столетия — внимание к внутреннему миру человека, поэтизация образа, тонкий колорит.


documentaksjdrt.html
documentaksjlcb.html
documentaksjsmj.html
documentaksjzwr.html
documentakskhgz.html
Документ Русская живопись XVII в.